Мое отношение к секте свидетелей СССР известно. Помимо того, что они регулярно доставляют свидомитам лулзы в коммьюнити Фофудья, товарищи оправдывают немыслимые большевицкие гнусности.

Именно, товарищами восхваляется ленинская национальная политика и пролетарский интернационализмс и все, в общем и целом, было сделано хорошо и правильно. Непонятным остается только, откуда взялась сегодня куча большевицкого дерьма на юго-западе карты исторической России.

Товарищи предлагают мне рубиться в сети с бандеровцами, доказывая свидомитам недоказуемое - блага колхозного строя, справедливость сталинского правосудия и достоинства социалистической демократии. Зато те же товарищи с необыкновенной легкостью проскакивают тему украинизации, назывыая ее перегибами национальной политики - мол, все потом мудрый Сталин исправил.

Дело в том, что украинизация была таким явлением, которое ни отменить, ни скоррректировать нельзя - это необратимый процесс. Об этом очень выразительно недавно беседовали Миллер с Касьяновым (укром по убеждениям - тем интереснее, что он говорит).

М. Извини, перебью. Ты сказал очень важную вещь по поводу учителей, я бы хотел на этом остановиться, потом продолжим о Восточной Галиции. Потому что очень важная вещь, которая происходит в 20-е годы, и которая вступает в конфликт с доминирующей украинской трактовкой, – это ликвидация безграмотности. Что было ключевым вопросом в борьбе империи и русского национализма с нарождающимся украинским национализмом во второй половине ХIХ – начале ХХ века? Это вопрос о том, на каком языке произойдет ликвидация безграмотности. И он является решающим в процессе формирования нации. Пока основная масса крестьян остается неграмотной, у них есть свои нарративы и память, которые транслируются через сообщества или семью, – но это именно локальные нарративы, там нет ничего национального. А школа с первого момента, когда открываешь букварь, выступает как очень мощный инструмент индоктринации детей - даже в самом процессе обучения чтению. И то, какой язык становится базой для этого, очень важно. И когда ты говоришь об этом проекте Скрипника импортировать украинских учителей, это четко подчеркивает идеологическую заданность большевистской политики. Потому что в украинском нарративе это трактуется так: раз большевики хотели ликвидировать неграмотность, то им надо было использовать силу украинской интеллигенции. А этих сил было недостаточно. Если мы говорим о том, что город был русифицирован, то в некотором смысле ликвидировать безграмотность в Украине легче было по-русски – кадры для этого были. Это очень важная историческая развилка: когда реально перешли к ликвидации безграмотности, большевики сделали это на украинском, испытывая огромные организационные трудности; проще это было сделать на русском. Поэтому в некотором смысле большевики внесли очень серьезный вклад в формирование украинской нации. Мне кажется, что это очень важно, потому что дальнейшая корректировка исторических нарративов и идентичности, после того, как в обществе произошла ликвидация безграмотности, – заметно более сложная задача, чем корректировка идентичности в крестьянском обществе неграмотных. В этом плане даже после Первой Мировой и Гражданских войн, которые оказали очень мощное воздействие, но об этом мы поговорим в другой раз, это в очень большой степени была этнографическая масса, с которой нужно было работать, и большевики здесь по своим соображениям сделали ставку на украинский проект.

И далее:

 

К. Ну, они пытаются договориться, в основном, в Праге, там были и некоторые внешние раздражители, в частности, политика Масарика по отношению как к русской, так и к украинской интеллигенции, весьма позитивная. А я вернусь к тому, на чем я остановился, а именно - к еще одному, очень важному, измерению украинизации, которое игнорируется в доминантном национальном, официальном нарративе. Речь идет об антирусской, антиурбанной, антиклассовой направленности украинизации. Носители великорусского шовинизма - или русотяпства, если речь шла о чиновниках – это очень важный объект украинизации: фактически, cформировался классовый союзник против очень мощного элемента в городах, буржуазного и мелкобуржуазного элемента, если выражаться языком большевиков, а также чиновнического, который был скрытым или явным оппонентом большевиков. В данном случае, как это ни парадоксально, украинский националистический элемент, и не только в его коммунистической ипостаси, выступал союзником московских центральных большевиков в борьбе с великорусским шовинизмом в Украине. Причем этот великорусский шовинизм для большевиков имел измерение отнюдь не этническое, а социально-политическое. Его носителями являлись «классово чуждые элементы», которые нужно было нейтрализовать или уничтожить. Когда мы говорим о знаменитом «философском пароходе» – 1922 год, – если посмотреть на состав того, кого изгнали, – это в основном русские фамилии. Если мы говорим о серьезном изменении в составе профессуры – напомню, что университеты в УССР были ликвидированы в 20-е годы, и они были ликвидированы именно как оплоты русскоязычной профессуры и «классово чуждых элементов». Я хочу напомнить, что политические процессы против интеллигенции в 20-е годы – это в значительной степени процессы против русской интеллигенции. Шахтинское дело – процесс против технической интеллигенции, которая тотально была русскоязычной, русской по определению, и это очень важное измерение в украинизации - антирусский элемент, который является не этническим элементом, а социальным и политическим. И здесь, как я уже сказал, этот аспект игнорируется, а, мне кажется, он очень важен для понимания того, что такое украинизация в ее коммунистическом измерении.

М. Т.е. если специально полемически заострить, то успех украинизации во многом связан с большевистским террором против классово чуждых русских элементов. В этом смысле мы можем сказать, что первой жертвой являются украинские националисты петлюровского толка и русские элементы на Украине, и только потом придет очередь этих чисток, посадок новой левой украинской интеллигенции.
http://polit.ru/analytics/2009/06/18/ukr.html
 

Там много интересного, например, попущения украм в межвоенной Польше (тоже своего рода украинизация) как ответ Пьемонтский принцип товарища Скрипника.

Украинский Пьемонт, граждане, это не Львов, а изначально - советский Харьков.

А теперь вопрос на засыпку - подпишется ли советский патриот под выделенными красным словами?

На ту же тему...

• Homo sovetikus ПРОТИВ сисег!
• Осторожно, скотомогильник!!!
• Украинец - творец ГУЛАГа
• ГПУтник против Парафраза
• Мовно в марразме, или о чем молчит Каревин