С прозрачными воротами
И яркою звездой

Похоже делаю, какую то личную гадость, аж противу себя самого, но не могу не запостить.
Заебало меня про Ющенко читать

(можно не обсуждать, достаточно просто прочесть :-)Итак, песни Хвостенко-Волохонского. Отличаются они от песен бардов, ашугов, рапсодов и менструэлей, прежде всего, культурой. Культурой слова и культурой музыки. В феврале 73 года художник А.Б.Иванов положил на барочные мотивы написанную мною при нем /и с ним/ книгу "Гратис". Тексты, написанные слэнгом и корявым языком итээров прелагались на хоральные мелодии. Требовалась лютня. Цитру мы нашли у художника-ювелира Калягина /который хотел бежать в Швецию, замаскировавшись под льдину во время ледохода на Неве, каковым планом поделился с Шемякиным, откуда и сведения/. Но цитра была нам без надобности. Устроилось Гелием Донским публичное чтение моей "Вавилонской башни" с музыкальными интермедиями А.Б.Иванова в научной лаборатории, но в последний момент выступление запретили, и оно было перенесено ко мне домой. С дюжины итээров содрали 20 рублей и немедленно кто-то был отряжен за коньяком. Коньяк итээрам не предлагался, пили исполнители, между ними стоял плакат вечера, выполненный Ивановым. Плакат, полагаю, у Нусберга. Чтение "Башни" на 8-ми языках перебивалось интермедиями из "Гратиса". Итээрия сидела молча, не понимая ни слова. Расходились оболваненные, с чувством, что их жестоко оскорбили, только как – непонятно. То же воздействие на советскую публику производят и песни Хвостенко-Волохонского. Баховские хоралы, "Орландины" Шамиссо перебивающиеся "Хочу лежать с любимой рядом, / Смотреть в глаза ей нежным взглядом, / Хочу лежать с любимой рядом, / А на работу не хочу. / Пускай работает рабочий, / И нерабочий, если хочет, / Пускай работает, кто хочет, / А я работать не хочу. / Хочу лежать с любимой рядом..." – и т.д. Это последнее так оболванивает советского слушателя, что он безропотно проглатывает и имя Господне и Баха, и даже не замечает, что это он проглотил. Вот это и есть Хвост-Волохонский. Ежовые рукавицы эстетического абсурда. А не акмеизм Кушнера.

Тут вот ДЕДУШКО постарался, порадовал виршыком Рымарука.

Тут і птах не здола, – а людина ж йому не родина,
у людини основа крила нетривка і м"яка.
Середина ріки, середина, уже середина -
А нема маяка, а не видко ніде маяка...

Це Дніпро? Чи Дунай?чи холодна збурунена Лета?
це справдешні фонтани? чи з Біблії кит заблукав?
Чи старий водяний з водяного ціля пістолета
в темну тінь із зірками на стертих каблуках?

Золота середина солодка і звабна, як диня,
а по цій середині шмагають солоні дощі...
Середина ріки, середина, іще середина -
де ж той берег, щоб звити нарешті гніздо для душі?

Як він прагнув гнізда, як дитинно солому для нього
смикав з місячних фір, що повзли через ніч навпрошки!...
І пролинула тінь. І позбавив ума водяного
обгорілий листок, що упав в середину ріки.

http://narodna.pravda.com.ua/culture/4a1bfe75616e0/

Лучшего повода показать, что такое ритмико-стилистический плагиат, не придумаешь. Читаем вслух:

Рождество расцвѣтаетъ. Рѣка наводняетъ предмѣстья.
Тамъ, гдѣ падаетъ снѣгъ, паровозы идутъ по водѣ.
Крыши ярко лоснятся. Высокій декабрьскій мѣсяцъ
Ровной, синею нотой звучитъ на замерзшемъ прудѣ.

Четко слышится шагъ, вдалекѣ безъ конца повторяясь,
Приближается кто-то и долго стоитъ у стѣны,
А за низкой стѣной задыхаются псы, надрываясь,
Скаля бѣлые зубы въ холодный огонь съ вышины.

Рождество, Рождество! Отчего же такое молчанье,
Отчего все темно и очерчено четко вездѣ?
За стѣной Новый Годъ. Запоздалыхъ трамваевъ звучанье
Затихаетъ вдали, поднимаясь къ Полярной звѣздѣ.

Какъ все чисто и пусто. Какъ все безучастно на свѣтѣ.
Все застыло, какъ ледъ. Все къ лунѣ обратилось давно.
Тихо колоколъ звякнулъ. На брошенной кѣмъ-то газетѣ
Нарисована елка. Какъ страшно глядѣть на нее.

Тихо въ черномъ саду, дискъ луны отражается въ лейкѣ.
Есть ли елка въ аду? Какъ встрѣчаютъ въ тюрьмѣ Рождество?
Далеко за луной и высоко надъ желтой скамейкой
Безмятежно нездѣшнее млечное звѣздъ торжество.

Все какъ будто ждало, и что спугнута птица шагами
Лишь затѣмъ, чтобъ напомнить, что призраки жизни страшны,
Осыпая сіянья, какъ долго мы были врагами
Тишины и природы, и все ж мы теперь прощены.

Интонация - один в один

Не факт, что Рымарук читал Поплавского. Так ведь и эта метрическая схема не личное изобретение Бориса Юлиановича. Один из самых известных вариантов, с отчетливой цезурой в строке:

Приедается все,
Лишь тебе не дано примелькаться.
Дни проходят,
И годы проходят
И тысячи, тысячи лет.
В белой рьяности волн,
Прячась
В белую пряность акаций,
Может, ты то их,
Море,
И сводишь, и сводишь на нет.

Ты на куче сетей.
Ты курлычешь,
Как ключ, балагуря,
И, как прядь за ушком,
Чуть щекочет струя за кормой.
Ты в гостях у детей.
Но какою неслыханной бурей
Отзываешься ты,
Когда даль тебя кличет домой!

Семантический шлейф метра понятен - медитативные строфы.

Теперь осталось разобраться со стилистикой и лексическим наполнением.

Первое, что всплывает в памяти - Юрий Левитанский.

* * *
Я люблю эти дни, когда замысел весь уже ясен и тема угадана,
а потом все быстрей и быстрей, подчиняясь ключу,-
как в "Прощальной симфонии" - ближе к финалу - ты помнишь, у Гайдна -
музыкант, доиграв свою партию, гасит свечу
и уходит - в лесу все просторней теперь - музыканты уходят -
партитура листвы обгорает строка за строкой -
гаснут свечи в оркестре одна за другой - музыканты уходят -
скоро-скоро все свечи в оркестре погаснут одна за другой -
тихо гаснут березы в осеннем лесу, догорают рябины,
и по мере того как с осенних осин облетает листва,
все прозрачней становится лес, обнажая такие глубины,
что становится явной вся тайная суть естества,-
все просторней, все глуше в осеннем лесу - музыканты уходят -
скоро скрипка последняя смолкнет в руке скрипача -
и последняя флейта замрет в тишине - музыканты уходят -
скоро-скоро последняя в нашем оркестре погаснет свеча...
Я люблю эти дни, в их безоблачной, в их бирюзовой оправе,
когда все так понятно в природе, так ясно и тихо кругом,
когда можно легко и спокойно подумать о жизни, о смерти, о славе
и о многом другом еще можно подумать, о многом другом.

Еще мне лезет в голову Геннадий Русаков, но ничего конкретного вспомнить с ходу не могу, а перелистывать специально для разоблачения вэлэтня хохлопидорской литературы мне в лом.

Естественно, Рымарук продолжал и собственно ридномовни традыцийи, которые мне нахуй не нужны. - оттудова, наверное, мисячни фиры.

Как бы то ни было имеем:

1. виршык тупо использует чужую ритмико-интонационную схему,

2. наполняя ее типовой для этого метра лексикой в типичном для него стилистическом регистре.

ДЕДУШКО, нахуя мне твоя хохлопидорская литэратура? Я лучше Поплавского почитаю.

А я думал,судя по заголовку,будем клеймить Гребня,за спизженую с древнего испанского минуэта мелодию!? :-)

Не будем.
Вообще это довольно идиотское недоразумение, на котором, кто только не спекулировал.
А замутил это дерьмо Градский. Да, тот самый.
Дело, в моем представлении, было так - женоподобный, маменькин сынок и инициативный комсомольский работник Градский, в своем комсомольско-красноштанном качестве желал, так желал, что из трусов выпрыгивал, возглавить и организовать советских рокеров. По заданию ЦК КПСС, ну а как иначе?
Рокеры же, в частности Борис Борисович Гребенщиков, толстоватого приторного Сашу презирали и, от себя гнали.
С другой стороны женщины, опять же, как нетрудно догадаться, любили не комсомольского бойца музыкального направления, а напротив тех, кому Саша завидовал и ненавидел. Что только усиливало в нем, оба этих достойных чувства.
Более других, Саша, ненавидел Борю.
Вот.
А параллельно, так было (начало семидесятых) - Волохонский или Волохонский на пару с Хвостом,хер их поймет, сочинили стихотворение "Рай" - "Над небом голубым..." и т.д.
Попутно существовал такой музкант Владимир Вавилов. Этот самый Вавилов, был известен тем, что сочинял разные мелодии для струнных щипковых, стилизованные обычно под авторов добаховского периода и выдавал их за подлинники. Чел был талантлив и, выходило подделываться под известных композиторов прошлого, у него, довольно удачно.
Что доставляло ему немало удовольствия.
Так вот, этот Вавилов, в 1972 году записывает на "Мелодии" пластинку "Лютневая музыка" авторов 15 -16 вв.
У меня и сечас, на антресолях, эта пластинка валяется (отцовская еще). Так вот на ней, впервые встерчается, эта самая мелодия. Автор - Франческо да Милано, "Канцона".
Прикол в том, что до выхода вавиловской пластинки никто из музыковедов, никогда не слышал этой канцоны и не видел ее в нотах. А с учетом репутации Вавилова...
Но разобрались то с этим много позже, а менее чем через год, в 73ем году, Вавилов умер. И спросить уже, было просто не у кого.
И эта пластинка, так и остается единственным источником мелодии "Города золотого", что дает веские основания считать ее очередной "шалостью" Владимира Федоровича Вавилова.
Хвост начал петь упомянутые стихи на эту мелодию. Хвост!
А после него, ее, кто только не исполнял, включая Камбурову. Но поскольку медийное пространство поганого совка, находилось даже не в зародыше, то, кроме Питера, об этом мало где знали.
Так вот Гребень, стал ее петь последним!
Даже если Боря сволочь и плагиатор, надо быть последним дураком, что бы, с такой предысторией в родном Питере, начать приписывать эту песню себе.
И нигде, никогда Борис Гребенщиков этого НЕ ДЕЛАЛ. Это сделала МОЛВА.
Но тут, откуда не возьмись, появился наш презираемый завистник, Градский. Уже проторивший дорожку на телевидение (озвучивание мультика Голубой, прости Господи, Щенок - его рук дело).
Вот он то, эту парашу о плагиате, мстительно и погнал. Каковую парашу, с удовольствием подхватили ненавистники БГ с одной стороны и, фанаты Градского с другой.
А я, было дело, в пух разругался на этой почве с одним новосибирским психологом, бывшим психиатром, Левой Миникесом.
Не знаешь такого случаем? Он то время у вас в академе тёрся.

Не, Минекеса не знаю. А мелодию я впервые слышал,когда пытался учиться в музыкальной школе (год эдак 76й) из какого-то древненего сборника для фортепиано.Точнее, сам понимаешь, не помню.

Кажется на виниле всё же было где - то авторство Гребенщикова,в и- нете я не нашёл,так что пиздеть не буду.Я тут порылся в соответствующих сайтах,кто пишет что Б.Г.на концертах объявлял авторов неизвестными,кто, что присваивал.
В остальном совпадает с твоими данными.
Хотя мне очень претит претензиционное "Б.Г." и в общем то аквариумоманом я не являюсь, беру свои слова обратно,ибо нет хуже возведения напраслины. :-)